Донбасс, порожняки не гонит. Не делится на запад и восток — он однолик, поэтому высок…
Навигация
Топ новостей
Календарь
«    Август 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031 
Архив сайта
Август 2017 (4)
Июль 2017 (2)
Июнь 2017 (6)
Май 2017 (4)
Апрель 2017 (3)
Март 2017 (16)

Дума о первом руднике. Часть 2



Начало статьи

В 1868 году на строительство этого участка железной дороги предприимчивый Самуил Поляков пригласил молодого талантливого инженера Петра Горлова. К тому времени тот уже хорошо зарекомендовал себя в деле и на Лисичанской углеломочной копи, и на Грушевском руднике — в Области Войска Донского, где он составил третью по счету пластовую карту в России, а именно Грушевского месторождения, там же принимал непосредственное участие в сооружении самого рудника, налаживал на нем водоотлив и был его первым смотрителем.

Вот такого инженера заполучил смекалистый Самуил Поляков. И ничуть не прогадал. Напротив даже!

Инженер Горлов убедил Самуила Соломоновича купить участок угленосной земли у крестьян села Железное, с двумя примитивными крестьянскими шахтами-ямами. Он усовершенствовал в них добычу угля, насколько позволяли тамошние тогдашние условия, чтобы можно было на первых порах снабжать водокачки и паровозы что называется подручным, дешевым топливом. И работы по строительству заладились, пошли куда проворнее.

В 1871 году Горлов начал строить в Корсунской балке крупный угольный рудник Корсунскую копь № 1, присовокупив к нему и две первоначальные крестьянские шахты, которые разработал прежде.

Кстати сказать, название Корсунь уходит в глубокую старину заселения нашего края. Его принесли с собой из Корсуни близ Черкасс на Днепре тогдашние казаки — черкасы, как их называют во всех исторических документах.

А после отмены крепостного права в здешние места потянулись многие переселенцы из украинских и русских близлежащих губерний. Тогда-то из перенаселенных слобод Зайцево, Железное, Государев Байрак возникли окрестные хутора — Щербиновский, Нелеповка, Нью-Йорк, Гургы, по реке Железная Балка и другие мелкие выселки.

В 1872 году было организовано «Общество Южно-Русской каменноугольной промышленности», которое по своему статусу призвано было якобы способствовать угледобыче вложением необходимых капиталов. На самом же деле — для эксплуатации горловского рудника.

Конечно, оно все-таки продвинуло строительство Корсунской копи № 1. Даже училище при руднике создало для обучения новичков горному делу, а потом и штейгеров выпускало. Имя ему присвоили С. С. Полякова.

Забегая наперед, скажу, что горнозаводское поселение, возникшее вкруг «Корсунской копи № 1», и железнодорожная станция Корсунь со временем стали называться Горловкой.

Рудник же претерпел несколько поступательных переименований — Корсунская копь № 1, Первый Рудник, Первый Номер, как называли его шахтеры-углекопы, или просто — Первый, а затем уж и шахта «Кочегарка»...

Не все гладко складывалось в отношениях между Поляковым и Горловым. Их интересы порой не совпадали. И он вынужден был уходить к предпринимателю-дворянину Ивану Григорьевичу Иловайскому, который был из потомственного многочисленного дворянского рода, есаул Войска Донского и который на землях своей ранговой дачи в Миусском округе заложил угольные рудники, построил трубный и химический заводы, проложил железнодорожные подъездные пути от Макеевки до станции Харцызской Курско-Харьковско-Азовской железной дороги. У них же совместно с генералом Поповым, горловским инженером-ртутником Ауэрбахом и Шейрманом родилась идея созыва I съезда горнопромышленников Юга России, состоявшегося 10 ноября 1874 года в Таганроге.

По просьбе повинившегося и покаявшегося в раздоре Полякова Петр Николаевич Горлов вскоре вернулся на свое детище — Корсунскую копь № 1.

Горлов, открыв в этих местах, в самом центре Донецкого кряжа мощные залежи угольных пластов, стал и пионером в их промышленной разработке. Более того, здесь же, на Корсунской копи № 1, или Первом руднике, он впервые в России ввел особый способ добычи угля, которым пользуются шахтеры Донбасса и по сию пору...

Поскольку в центральном угольном районе пласты по прихоти природы залегали под крутым углом по отношению к поверхности земли, отчего их и прозвали крутопадающими, и долбить уголь так, чтоб он не сыпался вниз, на голову углекопа, или угледобытчика, чей забой располагается несколькими метрами ниже, а из ниши последнего — на последующего, и так до самого откаточного штрека, куда угольной рекой или водопадом несется вырубываемый уголь, в порожние вагонетки, Горлов внедрил особый способ угледобычи — уступами. Самый нижний уступ выдвигается далеко вперед, а который в высоту вслед за ним — чуть отстает, чтобы угольная лавина из-под его кайла не рушилась на работающего в первом уступе, третий еще чуток, насколько нужно для безопасности, отстает от второго — и так до самого верха, до конца залегания пласта, вернее — до «горизонта», который перерезает его поперек штреками и квершлагами для подъездных путей и вентиляции.

И вся лава с нишами забоев выглядит лестничными маршами обычного жилого дома, перевернутыми на бок. В каждой нише есть своя «почва» и свой «потолок». А между ними забиваются деревянные, чаше сосновые, стойки, своего рода подпорки на случай обвала.

Самотягой ли дошел до этого новшества Горлов или заполучил где-то за границей — не суть важно. Важно, что нововве деяние было сделано им. И не где-нибудь, а на Корсунской копи № 1, то есть на Первом руднике.

Обратимся за подтверждением официальным к справочнику «По Екатерининской железной дороге» выпуска 1911 года. В нем дано подробное описание Донецкого угольного бассейна. И сказано:

«Первые шаги Общества Южно-Русской каменноугольной промышленности в разработке каменноугольных копей были сделаны под руководством горного инженера П. Н. Горлова, которого можно назвать одним из пионеров каменноугольной промышленности Донецкого бассейна и именем которого названа станция, в настоящее время представляющая собой главный каменноугольный пункт бассейна. К особым заслугам этого деятеля нужно отнести введение потолкоуступной системы выработок, весьма смелая задача ввиду абсолютного отсутствия в ту эпоху опытных горнорабочих и технического персонала».

Да за такое первооткрывательство в горном деле кряжистого Донбасса ну как же нам, донбассовцам, не провозгласить величественную оду Горлову?!

Ибо и то, что его именем назвали станцию и город, и поставили в нем неординарный памятник, какой-то с виду простонародный, свойский, что порой подмывает подойти к нему и мысленно поговорить, будто с живым, короче, он простой и доступный, каким и был в жизненном обиходе Петр Николаевич, и то, что вдобавок его имя горловские, киевские и московские туристы присвоили двум горным перевалам, какие они в его честь одолели, — на Южном отроге Заалайского хребта Северо-Восточного Памира и в районе Восточной части Центрального Тянь-Шаня, и то, что один из десантных кораблей носит имя «Горловка», — всего, ну всего-всего покажется мало, дабы воздать должное его житейскому и трудовому подвигу.

Ведь он немало сделал для развития угольного бассейна и потом, будучи одним из учредителей и деятелей Съезда горнопромышленников Юга России, членом Императорского Русского технического общества. Еще по окончании петербургского института Корпуса горных инженеров его имя было занесено на «Золотую доску». А «за отлично-усердную службу и особые труды» Петр Николаевич был награжден орденом Святого Станислава II степени, за особые же заслуги после участия во Всероссийской промышленно-художественной выставке 1682 года — орденом Святой Анны II степени.

Плодотворная его деятельность в Донбассе завершилась выходом на пенсию «с мундиром».

Но не таков был Горлов, чтоб сидеть сложа руки, почивать на лаврах былой славы.

После 1884 года он разрабатывал Тквибульское угольное месторождение на Кавказе, Суганское — в Уссурийской тайге, занимался проектом и прокладкой узкоколейки в порт Находку на Дальнем Востоке, служил на Уссурийской железной дороге, потом — на Средне-Азиатской, где занимался проблемами водоснабжения, открывая источники, углубляя колодцы, очищая воду через пески дна в Чардуже, исследовал провалы поверхности на Оренбург-Ташкентской железной дороге, составил «Описание каменноугольных месторождений Туркестанского края». С началом русско-японской войны был срочно приглашен правительством в Маньчжурию, где тоже внес свой существенный вклад в развитие местной угольной промышленности.

Мог ли предвидеть Петр Николаевич, что судьба приведет его почти в те места, о которых писал его отец, бывший председатель Иркутского губернского правления, действительный статский советник Николай Петрович Горлов в своем труде «История Японии или Япония в настоящем виде»? Как, между прочим, и на территорию бывшего Дикого Поля, которой отец тоже касался, но уже в иной книге — «Полной истории Чингиз-хана, составленной из татарских летописей и других достоверных источников».

Действительно, пути Господни неисповедимы!

В последние годы земной жизни Петр Николаевич писал «Историю горно-заводского дела на территории Донецкого кряжа и вблизи Керчи».

И естественно, думал о нашем крае, вспоминал свою молодость. Этот край был дорог ему и по-семейному: в Горловке у него родился средний сын — Петр.

Вообще же у Петра Николаевича Горлова и дочери французского подданного Софии Петровны Миллер было семеро детей, щедро одаренных талантами, особенно актерскими, как свидетельствуют документальные материалы из семейной хроники Горловых, собранные сотрудниками музея истории города Горловки и опубликованные в книге «Раритеты города».

За семь лет до кончины Петр Николаевич составил завещание.

Привожу его как свидетельство высокого человеческого духа, который можно обрести, лишь совершив на земле во благо людей истинно бессмертные дела. Ты весь будешь — в них! И заботы об упокоении праха или очищении и вознесении души при такой твоей жизненной отдаче и впрямь покажутся не столь важными, если вообще не зряшными. Оставь всего себя, вместе с делом, прахом и душой, на земле, среди людей — и обретешь бессмертие, не так ли?

Итак, вот оно, это завещание:

Во имя Бога Всемогущего и Иисуса Христа.

Мне скоро минет 70 лет. Смерти я не боюсь и ожидаю ее как неизбежное. За долговременную, безболезненную и относительно счастливую жизнь благодарю Бога.

Задумываюсь лишь о том, что произойдет в первые дни после моей смерти и о тех глупостях, которые делаются людьми в таких случаях; для того же, чтобы их по возможности устранить, излагаю мои желания и прошу их выполнить:

Где умру, там и должен быть погребен.

Распорядиться моим погребением тем, кто будет около: если никого из семейства не будет, то пусть погребение совершат те, кому это будет нужно, т. е. сослуживцы, совсем чужие или, наконец, полиция — это безразлично.

На похороны родным издалека не приезжать и похоронных приглашений не делать.

Погребение должно стоить самую малость и никак не дороже 50 руб.

Если в месте, где умру, будет уже введено сожжение трупов, то прошу мой труп сжечь, если это не удорожит погребения.

О разряде могилы и памятнике прошу не заботиться: трупы гниют везде одинаково, и чем скорее идет разложение, тем лучше, так как частицы материи скорее рассеиваются и делаются жизненными в новых сочетаниях — в иных организмах.

Жене и детям разрешаю отслужить лишь одну панихиду и то не для своей души (это бесполезно для нее), а для них, согласно их воззрениям.

Траура, этой маски печали, прошу не носить.

Будет ли совершено отпевание по обряду церкви или нет — это безразлично.

Оставляя мир, невольно припоминаю былое, и мысленно буду просить прощения у тех, кому вредил или был неприятен, да и теперь, сознательно вполне, прошу всех простить и не вспоминать лихом.

Петр ГОРЛОВ.
2 ноября 1908.
Жене и детям.
Написано три экземпляра, два отданы
в запечатанных пакетах Соне и Наде,
третий будет всегда при мне.

Горлов оставил свое завещание родным людям. Но, думаю, оно адресовано и нам, потомкам тех, кто вместе с Горловым делал первые шаги в освоении подземных богатств нашего края.

В нем проглядывается иносказательная подсказка, как нам всем по праведному жить на отчей земле, чтобы потом никого не застала смерть врасплох, не заставила клясть судьбу, а с нею и всю малую родину, даровавшую тебе самое дорогое и неповторимо-невозвратное благо — жизнь...

Что посеешь на родной земле, то и взойдет, то и пожнешь! Спасибо предкам за науку. И Горлову не в последнюю очередь.

А теперь, провозгласив почти хроникальную внутреннюю оду горному инженеру Горлову, вернемся к тем, от кого впрямую зависела доля-недоля углекопов в его времена на созданном им Первом руднике. Да и в последующем.

Как нельзя, говорят, выбросить из песни слова, точно так же нельзя выбрасывать и факты из истории, какой бы она ни выглядела на отдалении, а тем более с позиций нынешнего времени, по прошествии стольких лет — горьких и неудержимо радостных, победных и трагических.

Да осенит кто-нибудь свыше сей путь надежд и разочарований, безумно сияющих, ликующих и неутешных слез!

А мы примем его таким, каков есть, каким он был изначально.

Продолжение статьи

Самое красивое видео о Донбассе



Другие новости по теме:
Просмотров: 855 | Комментариев: (0) | В закладки: | |    
Опрос сайта
Считаете ли Вы себя патриотом Донбасса

Панель управления
Регистрация | Напомнить?






  Логин:
Пароль:
Друзья сайта
Бесплатная библиотека
Дизайн Вашего сайта
Рейтинг@Mail.ru
D o n p a t r i o t . r u
 Издательство: Я патриот Донбасса.
 Верстка: Raven Black
 Перепечатка: Использование и распространение материалов сайта одобряется
 Адрес: ДНР, г. Донецк, Донецкий краеведческий музей ул.Челюскинцев, 189а
 Соцсети: ВК, ОК, Facebook
 Периодичность: всегда с Вами
 Цена: информация беcценна
 Сайт работает до последнего посетителя.
Цель сайта donpatriot.ru рассказать о славной истории городов и поселков Донецкого края, об известных жителях региона. Распространяя информацию о донетчине, Вы вносите вклад в развитие историко-патриотического движения нашего региона. Гордитесь нашей историей, любите Донбасс.
Сделаем Донбасс лучшим совместными усилиями
.