Донбасс, порожняки не гонит. Не делится на запад и восток — он однолик, поэтому высок…
Навигация
Топ новостей
Календарь
«    Май 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031 
Архив сайта
Май 2017 (2)
Апрель 2017 (3)
Март 2017 (16)
Февраль 2017 (1)
Январь 2017 (4)
Декабрь 2016 (3)

Цуповы не забыты



Т. Рыбас

Памятник Борцам революции в Луганске-одно из значительнейших монументальных сооружений в нашей республике, которое увековечивает память героев Октября. Он занимает целую площадь. Здесь и мраморные доски с высеченными именами погибших в боях, и вечный огонь, и навеки остановленные танки английского образца, что были отбиты у врангелевцев, и две скульптурные фигуры революционеров-луганцев Александра Пархоменко и Петра Цупова.

Бесстрашные солдаты революции коммунисты Александр Пархоменко и Петр Цупов навеки вошли в историю победного шествия Октября. В скульптурном исполнении они даже похожи друг на друга-оба строгие и могучие, уверенные в своей правоте, зоркие и непреклонные. Взоры их устремлены в даль, словно эта даль не пространство, а, вековое время, будто это грядущая жизнь, а не поднимающаяся вверх по площади дорога к Острой Могиле -ключевой позиции обороны красного Луганска в 1919 году.

Подвиги одного и другого не однажды описывались. Кажется, первому больше «повезло»: жизненный путь его ложился в основу нескольких романов, повестей, поэм, кинофильмов. О Петре Цупове написано меньше. Причиной этому, пожалуй, была недостаточность материалов, противоречивость отдельных рассказов о нем, а может быть, и трудность его жизни. Но Петр Цупов, несомненно, один из самых ярких «луганских характеров», если о таком понятии можно вести речь. Среди старожилов нет таких, которые бы не помнили его лично или рассказов о нем, не знали бы его домика на Луганской улице, не останавливались бы с почтением при встрече с его самой младшей дочерью Александрой Петровной, работающей ныне на том же заводе, на котором работали в свое время все Дуповы.

Старый большевик Илья Иванович Дахно, близко знавший Цупова, характеризует его так:

Для Петра Иосифовича трудовой народ был чем-то святым, в него он безгранично верил и ему служил до конца.

Научный работник краеведческого музея, давно занимающийся сбором материалов революционной борьбы в Луганске, Григорий Федорович Попов говорит о нем так:

Конечно, Цупов -ярчайшая личность среди луганцев-революционеров. Но увы, мы не знаем многих подробностей его жизни. Условия конспирации скрыли от нас немало страниц его бурной деятельности. Неизвестно, например, добрался ли он до Праги, чтобы принять участие в VI Пражской конференции большевиков. Но то, что он слушал лекции В. И. Ленина именно в этот «пражский период», об этом говорят многие. Скажу больше, мы даже точно не знаем, Цупов ли он или Цупенко. По некоторым версиям он-Цупенко, из семьи старого солдата Иосифа Кузьмича Цупенко.

Девяностолетний участник гражданской войны Александр Степанович Мусько рисует его образ так:

Сильный, ловкий, в речах -нетороплив. Умел дурачить сыщиков и жандармов, как никто другой. Был бойцом дружины рабочих во время революции пятого года, одним из активных ее создателей, а сумел остаться на легальном положении после спада революционной волны. Это нам здорово помогло: в его домике собирался большевистский комитет, хранилось оружие дружинников...

Старый большевик Иван Дмитриевич Литвинов когда-то вспоминал о нем:

Петруша все мог. Одного он не мог -умереть без борьбы...

Герой гражданской войны Александр Лаврентьевич Семенов подтверждает:

Не может быть, чтобы Петр погиб не в бою. Такой свою смерть задаром не отдаст -не тот характер!..

И вот Луганская улица, на которой он жил. Его дом. Задумчивые высокие тополя. К Луганке тянутся вишневые сады. Доносится горьковатый дымок близкого завода. Глухо содрогается земля от ударов паровых молотов кузнечного цеха. Отчетливо доносятся резкие, еще не выверенные в пути свистки тепловозов, покидающих ворота завода, чтобы отправиться на стальные магистрали нашей необъятной Родины и на дороги Европы.

К дому, после смены на заводе, возвращается еще не старая женщина-младшая дочь Петра Иосифовича -Александра Петровна. Во дворе часто можно увидеть Андрея Петровича, одного из сыновей. Их двое -Андрей и Александр. Александр Петрович живет в Москве. Андрей Петрович старше Шуры. Он уже не работает. Активный участник боев на Острой Могиле, сейчас на заслуженном отдыхе.

Семья Цуповых поселилась здесь в прошлом веке, когда Иосиф Кузьмич вернулся домой после турецкой войны. Он покинул пригородное село Александровну, решив поступить на завод и детей здесь же пристроить. Типичное явление той поры -безземельные крестьяне уходили в город.

Старик был резок, справедлив и не имел понятия о страхе. Любимым его героем был генерал Скобелев. О нем он мог рассказывать часами, восхищался его храбростью.

В домике на Луганской родились и Петр Иосифович, и его сыновья Александр, будущий балтийский матрос и участник штурма Зимнего, Егор, Павел, Николай, все дети. Семья жила бедно. Ребята пошли на работу рано. И все-на тот же завод, где работал отец. Кто в ученики, кто в чернорабочие.

По вечерам в дом Цупова приходили люди. Будто затевались вечеринки с выпивкой. А на самом деле здесь велись до глубокой ночи негромкие разговоры. Жена наливала чай из давно остывшего самовара. Иосиф Кузьмич сидел за пологом. В поздний час он не показывался на людях, стесняясь резко упавшего зрения. Но прислушивался внимательно к тому, о чем говорили сыновья и их товарищи. Старухе Анне Васильевне, когда она начинала сетовать, мол, и спать бы ребятам пора, строго приказывал не вмешиваться:

-Ребята там не балуют -о деле говорят...

Иосиф Кузьмич с необычайной нежностью относился к сыновьям. По-своему заботился об их безопасности. И не изменил им до конца.

...Было это значительно позже. Старый Цупов-Цупенко почти совершенно ослеп. Понимающе кивал головой, когда ему рассказывали о луганских отрядах, сражающихся с немцами под Конотопом. Крепко обнял Петра, покидающего дом. После ухода эшелонов с луганцами на Миллерово и Лихую в город вступили немцы, а за ними каратели гетмана Скоропадского. Старик не ожидал ничего доброго от оккупантов и гетманов, поэтому и не удивился, когда его потянули на допрос.

Он стоял перед ярящимся офицериком в немецко-гетманской форме из зеленого сукна и отвечал ему твердо:

- Не знаю.

-А я вот пальну в твою старую рожу! Говори, где сын!

- Не знаю.

Прогремел выстрел. Старик не дрогнул. За спиной посыпалась штукатурка. Велика ли мудрость догадаться старому солдату, что офицерик его пугал.

-Не знаю!-сказал он еще тверже.

Опять выстрел. Еще, еще! Совсем близко -лицо обжигало огнем. Старик молчал, строго сдвинув седые брови. А офицерик неистовствовал. Но что этот крик? Что смерть, которая загуляла рядом? Он видел ее и раньше. Смерть не пугала старого солдата. Он радовался, что теперь она танцевала в бессилии перед его нерушимым молчанием.

...А составы с боевыми отрядами луганцев в это время шли от Лихой на Каменскую. Цветастая степь гудела весенним шумом. Запах дорожных шпал забивался ароматом первых цветов. Паровозные гудки тонули в перезвоне жаворонков, радостном свисте скворцовых стай и далеких раскатах майских гроз. Пахло зелеными хлебами.

Но внезапно замолкли жаворонки, стремительно улетели скворцы. Далекий гром заглушался близким грохотом орудий. Вагоны окутывали седые пороховые дымы. Начинался еще один бой с белоказаками. Конные отряды, большие и малые, шныряли на пути движущейся к донской переправе рабочей армии, стараясь задержать ее во что бы го ни стало. Они нападали на нее внезапно и свирепо, понимая, что приход армии в Царицын удвоит и утроит силы красных. Луганцы с железным спокойствием отражали атаки, грузились снова в вагоны и двигались дальше.

Однажды...

Это было недалеко от Дона. На составы наскочила крупная конная группа в несколько сот сабель. Луганцы встретили ее огнем. Казаки спешились. Завязалась горячая перестрелка. Петр Цупов повел отряд к недалекой высотке, откуда было удобнее бить по залегшим вражеским цепям. Невдалеке застрочил пулемет. Пули рыли землю, преграждая отряду путь.

Пулеметчика снять!приказал Цупов.

Он не видел, как с правого фланга поднялись трое и пошли в направлении пулеметной точки почти в полный рост. Бой разгорался. Перебежками бойцы отряда достигли высотки. Петр Цупов упал возле тернового куста, почувствовав удар в ногу. Рядом кто-то стонал. И он отложил заботу о собственной ране. Подполз ближе.

На боку, схватившись за живот, лежал его сын Павлушка.

- Ты что?

Пулеметчика мы сняли...

Из-под пальцев сочилась кровь и капала крупными каплями на свежую траву. Отец взял сына на руки и понес.

Бой затих. Конный отряд отступил. Эшелоны стояли, кажется, правее заката. Цупов пошел к ним. Своя рана не перевязана. В сапоге хлюпала кровь. Павлушка изредка стонал и говорил:

Оставь меня, батя, я умру...

Чего там, потерпи, сынок, скоро выйдем к своим...

А у самого кружилась голова, было горько во рту и тошнило. Солнце скрылось за бугром, а эшелоны не показывались. Загорелись первые звезды. Потом их становилось все больше. Темный туман окутывал степь. Раненая нога стала, как чужая. Но он не мог остановиться, чтобы посмотреть на нее. Ему казалось, если он отпустит Павлушку, что-то там нарушится у сына, и он умрет...

Петр Цупов очнулся в санитарном вагоне. И тут же до его слуха донеслись тревожные голоса:

Наступают слева и справа... Со всех сторон... Обороняться нечем... Да и кто пойдет-все лежачие...

Теперь он услышал и стрельбу. А в вагоне душно и мрачно.

Бьют наших,-рядом раздался голос сына.-Нашим нечем отбиваться...

- Ты, Павлик?

Я... Слухай, батя, они придут сюда... Я все одно умру... подсоби, я тебя своим телом прикрою...

Словно в кошмарном сне пребывал Петр Цупов. Он не мог соединить все воедино -вагон, стрельбу, слабый голос сына.

Дверь отодвинулась. В вагон вскочил казак с наганом в полусогнутой руке. Так готовятся стрелять. За ним-второй, третий... Петр Цупов только и помнил, как на него вдруг надвинулся Павлушка, как загремели выстрелы, сын вздрогнул и стал невыносимо тяжелым.

Со всего санитарного поезда он остался в живых едва ли ни единственным.

А весна зеленела все гуще. Зацвели вишни. Запели соловьи. Медовым запахом наливались травы.

Добравшись до Царицына, Петр Цупов всего несколько дней пролежал в госпитале. А потом-в бой. В пекло самых решительных атак. Под огонь пулеметов. С отцовским горем на душе, с ненавистью к врагам революции в сердце.

Однажды он увидел своего старшего-Егора. Тот воевал на бронепоезде. Печально и сдержанно говороли о Павле. Много говорить не могли:

Павел-то был любимцем, всего семнадцати лет...

-Гляди там...-сказал на прощанье, боясь сказать больше, чтобы не расстраивать сына.

В Царицыне не видно было весны. В Царицыне сразу началось жаркое лето. Трава выгорала под солнцем, под огнем пожаров. Земля чернела, взрытая снарядами и копытами конницы.

Петр Цупов командовал отрядом, который отбивал атаки с юго-западной стороны, самой тяжкой для обороны. Бронепоезд ходил по другой дороге. На этом бронепоезде и погиб Егор.

Жарким летом Петр Цупов выехал из Царицына. Революция была в опасности. Немцы занимали огромную территорию, подходили к Петрограду. На Юге собирала силы белогвардейская контрреволюция. На Украине, в Донбассе, продолжались казни. Цупов направлялся в распоряжение украинского партийного центра.

Этот период меньше всего известен в его жизни. Достоверно только, что он получил задание партийного центра отправиться на подпольную работу в Донбасс. Ему, принимавшему активное участие в создании украинских красногвардейских отрядов, а потом -украинских формирований Красной Армии, были знакомы многие люди в Донбассе и Приднепровье. На него возлагалась задача подготовки восстания в этих районах. Луганск был основной базой.

Заглянул домой. Прощаясь с Андреем, сказал:

-Держись, сынок. Все наши отдали себя революции. Дорого мы платим за победу. Но и она нам дорога.

Младший, Николай, стоял нахмурившись. Он очень был похож на деда. Отец обнял его порывисто, словно боясь обидеть этой ненужной в суровое время нежностью.

Выскочил на улицу. И тут же заметил круглолицего глазастого мужичка, приткнувшегося плечом к дереву. Цупов повернул в переулок к стенам патронного завода. Опытный конспиратор, он, не поворачиваясь, угадал в глазастом сыщика. Надо уходить. Знакомыми дворами Цупов пробрался к Камеи- нобродекой стороне. А оттуда ночью ушел в Алекеандровку, затем -дальше, на Лозово- Павловский рудник.

Надо было пробираться в Харьков. Он решил ехать туда из Дебальцево. А своим передал, чтобы не беспокоились и как-то переслали спрятанные дома листовки.

С узелком для Цупова в Дебальцево прибыла его мать Анна Васильевна. Она не видела и не знала, что всю дорогу из Луганска ее сопровождал круглолицый мужичок, не упуская из вида ни на минуту. Поздним вечером мать и сын прощались за дальними стрелками. Тускло горели керосиновые лампы на стрелочных переводах. Издали доносилась чужая речь. Цупов знал, что немцы убегают с Украины. Шепотом успокаивал мать:

-Не долго все будет. Скоро вернутся наши. Сашок тоже вернется. Он где-то бронепоездом командует...

-Все вы командиры...-часто закивала головой мать и вытерла уголком платка набежавшую слезу.-Делается-то что...

Товарищам передай: скоро вернусь.

Покажусь в Вергунке, домой заходить не буду...

Петр вскочил в проходящий поезд. Так было безопаснее. Шпика он обнаружил на перегоне Изюм-Харьков. Цупов вышел из вагона. Прилип к стенке в тамбуре. Круглолицый выскочил следом, остановился в растерянности. Цупов дернул дверь на себя, схватил сыщика за плечи и толкнул. К шуму поезда примешался и сразу же смолк улетающий крик.

Но однажды предательский выстрел в спину оборвал жизнь Петра Иосифовича.

Оставшиеся в живых сыновья продолжали сражаться за революцию. В бой на Острую Могилу пошел Андрей. Николай стал командиром отряда по борьбе с бандитизмом. Александр командовал бронепоездом имени Розы Люксембург.

Вся семья сражалась. В 1921 году в бою с бандитами погиб Николай Цупов. Из всей семьи остались толькое трое -Александр, Андрей и самая меньшая-;Шура. Она совсем не знает отца, родилась в год его смерти. Знают Александр и Андрей. Знают и помнят годы подполья, Острую Могилу, отцовские наказы. Для них гражданская не была последней. Они побывали и на Отечественной. Александр Петрович Цупов, уже немолодой человек, командовал батальоном, затем стрелковым полком. Его должны помнить и в Румынии, и в Болгарии, и в Венгрии, и в Чехословакии, где проходил с боями его полк.

Вернемся же снова на Луганскую улицу. Она внизу, возле речки. С этой улицы хорошо видна Каменнобродская гора. Особенно впечатляюще выглядят мергельные ее склоны на закате. На крутые спуски ложатся багровые отсветы заходящего солнца. Косые розоватые тучи пронизывают воздух и, кажется, возвращают этим местам далекую, неушедшую тревогу пожаров. Особенно, когда знаешь, что пожары эти были, что низом вьется дорога в направлении Миллерово и Лихой, в десятке километров отсюда высится над степью Острая Могила, к которой когда- то тянулся восьмикилометровый путь «живой цепи», цепи рук, передававших боеприпасы к окопам.

В этой части Луганска мало что изменилось. Вымощены мостовые, проложены тротуары, громыхают трамваи, высится несколько новых домов -школы, кинотеатры, больницы. А в основном все так, как было тогда. Каменный брод-одноэтажная часть города. Издали дома походят на аккуратно положенные белые камни, а улицы -на спускающиеся вниз речки. В конце марта 1919 года по этим улицам стекали колонны легендарной Инзенской дивизии, чтобы с марша вступить в бой. Город оглушался тревожным гулом гудков. Так же, как теперь, воздух был окрашен в багровый цвет. Только окрашивался он не спокойно уходящим солнцем, а пожарами, заревом бушующего боя.

На месте пожаров, в другой стороне, давно вырос новый город. Высокие белокаменные дома украсили землю. Зелень бульваров и стадионов принесла ей уверенную успокоенность. Розоволикая, загорелая молодость наполнила ее новой жизнью. Но как бы все ни выглядело здесь успокоенно и обновленно, все равно что-то да и напоминает о незабываемом прошлом-мемориальная доска, остановленные навечно вражеские танки, медленно идущие седоусые люди, в которых нетрудно распознать ветеранов революции, старая песня защитников города, которую теперь поют чистые и звонкие голоса пионеров.

Станьте живою цепью, кто там отстал -
подтянись,
Хмурое утро над степью -сил набирайся,
держись!

В революционное прошлое уходит много знаменательного и важного в жизни луганцев. Но нельзя еще раз не обратить внимания, как строго смотрит изваянный скульптором Петр Цупов вперед, в грядущую жизнь, как зорко он стоит на страже завоеванного и добытого ценой жизни лучших из лучших, ценой своей жизни и жизни своих сыновей.

С.П. Булкин

Г.В. Тепляков

Памятные места Донбасса

1968 год

Самое красивое видео о Донбассе



Другие новости по теме:
Просмотров: 333 | Комментариев: (0) | В закладки: | |    
Опрос сайта
Считаете ли Вы себя патриотом Донбасса

Панель управления
Регистрация | Напомнить?






  Логин:
Пароль:
Друзья сайта
Бесплатная библиотека
Дизайн Вашего сайта
Рейтинг@Mail.ru
D o n p a t r i o t . r u
 Издательство: Я патриот Донбасса.
 Верстка: Raven Black
 Перепечатка: Использование и распространение материалов сайта одобряется
 Адрес: ДНР, г. Донецк, Донецкий краеведческий музей ул.Челюскинцев, 189а
 Соцсети: ВК, ОК, Facebook
 Периодичность: всегда с Вами
 Цена: информация беcценна
 Сайт работает до последнего посетителя.
Цель сайта donpatriot.ru рассказать о славной истории городов и поселков Донецкого края, об известных жителях региона. Распространяя информацию о донетчине, Вы вносите вклад в развитие историко-патриотического движения нашего региона. Гордитесь нашей историей, любите Донбасс.
Сделаем Донбасс лучшим совместными усилиями
.